Время — деньги

Почему капиталы корпораций в «русских офшорах» лежат без дела

Олеся КАЗАКОВА

Минфин признал в России факт существования странного явления — «сверхдоходности». Звучит как достижение, однако ведомство считает это проблемой. Минфин беспокоит, что на счетах компаний, зарегистрированных в особых экономических зонах (ОЭЗ) — «русских офшорах», — скопилось слишком много денег. «Слишком» — это на взгляд чиновников, потому что бизнесмены по понятным причинам на избыток денег не жалуются. Вместе с тем многие финансисты предостерегают: в экономике нарастают сложности, и парадокс в том, что денег при этом в стране не много, а очень много. 

Минфин признал проблему вскользь — в пояснительной записке к одному из правительственных законопроектов, направленных в конце прошлого года в парламент. «Результаты анализа за 2017–2023 гг. показали, что у некоторых участников префрежимов применение льгот формирует “сверхдоходность”, а с другой стороны — не побуждает к инвестиционной активности. Доля выручки таких налогоплательщиков по Арктической зоне РФ составляет 79,3%, по Особой экономической зоне в Магаданской области — 62,2%, по свободному порту Владивосток — 57,9%», — говорится в записке.

Префрежимы — это преференциальные налоговые режимы, зоны с пониженными налогами и другими льготами. Таких зон в России создано уже почти 60: некоторые занимают территорию целого субъекта, другие — лишь крошечные уголки крупного города вроде островов Русский и Октябрьский во Владивостоке и Калининграде. Носят они разные названия — где «свободная экономическая зона» (СЭЗ), как в Крыму, где ТОР — территория опережающего развития. Только в прошлом году открылись шесть новых ОЭЗ — в Новосибирской, Московской, Вологодской, Челябинской и Кемеровской областях, а также в Татарстане. А еще пять зон были расширены.

Префрежимы создаются для определенных категорий людей, территорий или видов бизнеса (к примеру, IT, сельское хозяйство, малый бизнес). Привилегии помогают проектам, которые недотягивают без них до средних показателей доходности. Префрежимы разрешают уплату одного налога вместо нескольких (НДС, налог на прибыль) или полное освобождение от каких-либо платежей. Государство использует их как инструмент для стимулирования определенных сфер или для привлечения инвесторов на определенные территории.

Минфин беспокоит, что фирмы копят и при этом не инвестируют, превращаясь в иждивенцев. Прибыль зарабатывают большую, поскольку платят мало налогов, но производство не модернизируют, штат работников не расширяют, а имеющимся — зарплату не повышают. Регион, ставший для такой фирмы новым домом, развивать тоже не спешат. Деньги лежат на депозитах мертвым грузом. 

Экономисты считают, что проблема на самом деле шире — не только в ОЭЗ, но по всей России физические и юридические лица обладают огромными капиталами, но не спешат их инвестировать в свою страну. 

Полны кубышки

«Минфин проблему диагностирует верно, но это связано со многими вопросами, в том числе с пониженной активностью внутреннего покупателя. С другой стороны, государство пока не реализует большие, приводящие в движение экономику проекты, — заявил журналу “А7А5” экономист Василий Колташов. — Только начинается строительство первой крупной ветки высокоскоростных железных дорог в зоне Урала и Волги, а они по-хорошему должны возводиться по всей стране, чтобы резко увеличить спрос на сталь, электрооборудование, строительные материалы, локомотивы». Чтобы, так сказать, втащить Россию в транспортную революцию, а это сильнейший стимул для подъема народного хозяйства, объясняет эксперт.

«Те, кто уже занят в производственной сфере, жалуются на дороговизну кредита, высокую ключевую ставку. А средний бизнес, тоже накопивший “жирок” в виде денежной массы, сомневается в том, что вложения окупятся. Да и зачем входить в производственные проекты, рисковать? Можно же получать высокий процент дохода по депозитным счетам в банках… А ведь в особых экономических зонах могли бы появляться новые заводы. Строительство железных дорог — это спрос. ОЭЗ — это территории, где новые производственные мощности под такой спрос и могут быть развернуты, — рассчитывает Василий Колташов. — Правительство могло бы объявить потенциальным акционерам, что такая работа будет расширяться, поэтому ваши вложения неизбежно окупятся». 

По мнению экономистов, государству так или иначе придется принудить крупный капитал к инвестициям — например, обещанием высокой прибыли или снижения «ключа». Считается, что именно таким путем прошел недавно Китай, коренным образом изменив свою экономическую систему — там построили сеть высокоскоростных железных дорог, что ускорило развитие всего народного хозяйства.

По официальным данным, на счетах у населения к 1 ноября 2025-го скопилось 63,5 трлн рублей. Это рекорд за всю доступную историю наблюдений с 2012 года, представленную на сайте Центробанка. В то же время по состоянию на 2021 год ФНС сообщала о наличии более чем 13 трлн рублей в эквиваленте у россиян на зарубежных счетах. 

Что касается не рядовых россиян, а бизнеса, то к середине 2024 года юридические лица (не считая индивидуальных предпринимателей) накопили на депозитах 31,7 трлн в национальной валюте. Если сложить три суммы, получится 108,2 трлн рублей.

Для сравнения: доходная часть бюджета РФ на 2026 год составляет 44 трлн рублей. То есть рядовые граждане и компании хранят в кубышках 2,5 годовых бюджета страны. Иными словами — денег в России не много, а очень много. 

Рубль: сильный или слабый?

Глава Центра стратегических коммуникаций Дмитрий Абзалов считает, что инвестированию мешает слишком сильный рубль. 

«У среднего бизнеса отбивают вкус к инвестициям путем выгодных депозитов и высокой ключевой процентной ставки Центробанка. А что касается корпоративного сегмента, то он не заинтересован инвестировать при курсе в 75 рублей за доллар. Соответственно, многие корпорации просто удерживают внешний периметр, ничего не тратят, ожидая ослабления рубля и завершения переговорного процесса в геополитике. Это в принципе связанные вещи. Вот и на этом фоне, соответственно, происходит переукрепление нашей валюты. В результате импорт не завозится, спрос на валюту низкий. Это большая проблема», — говорит экономист журналу «А7А5».

Василий Колташов добавляет: верхи отечественного финансового капитала, скопив много свободных средств, разместили их по большей части за пределами России. 

«Малая подвижность этих средств, оставленных внутри России, свидетельствует о скептицизме в настроении и этих кругов, и в целом делового класса. У нас крупные инвестиции — не столько портфельные, сколько прямые — в основном касаются переработки и вывоза ресурсов. Даже производство автомобилей не обходится без государственного вмешательства, хотя, казалось бы, здесь уже давным-давно мог бы значительно вложиться частный инвестор. Или производство бытовой техники вместо иностранной. Государству приходится своей рукой буквально за загривок вытягивать эти сектора наверх, а частные капиталы стоят в сторонке либо участвуют только вместе с государством», — сетует эксперт.

Причина этого в том, что внутренний покупатель недостаточно силен, а российский рынок недостаточно велик, подчеркивает он.

«Что касается смысла инвестировать, то смысл увеличится по мере укрепления рубля, — вступает Колташов в заочную полемику с Дмитрием Абзаловым. — Если выяснится, что домашние хозяйства выдохнули и можно больше не затягивать пояса, то появится больше стимулов к капиталовложениям. Правда, фондовый рынок еще долго будет вызывать недоверие». 

Пряники подождут

Тем временем в ОЭЗ власти решили применить вместо пряника старый добрый кнут, однако не сразу. Порядки ужесточатся, но не для всех резидентов, а только для новых — тех, кто зарегистрируется после 1 апреля. Но даже для них ужесточение начнется не сразу, а спустя три года. 

Суть новых правил в том, что размер скидок по уплате налогов зависит от объема инвестиций этих резидентов. Фирмы смогут воспользоваться пониженными ставками налогов только в случае, если соблюдают два условия. Во-первых, сдают вовремя финансовую отчетность. Во-вторых, и это главное, соблюдают «инвестиционные обязательства» из соглашения, заключенного с местными властями.

Каждый регион, в котором есть зона с префрежимом, до декабря 2027 года примет свой закон с перечнем критериев, по которым можно будет судить, соблюдает фирма сделку с местными властями или нет. В любом случае власти будут пристально следить, сколько резидент инвестирует — сколько тратит на строительство и закупку нового оборудования, на научные исследования и разработки (НИОКР). 

«Это должно подтолкнуть бизнесменов к модернизации своих предприятий, к переходу на высокотехнологичное производство», — пояснил журналу «А7А5» источник в Госдуме. По словам собеседника, региональные власти будут отслеживать не только уровень инвестиционной активности, но и такие параметры, как прирост численности сотрудников или его отсутствие, расходы на оплату труда и т.д.

«Благоприятный инвестиционный климат характеризуется низким уровнем административных издержек, стабильностью правил игры и максимальной открытостью всех процессов, — напоминает собеседник в Госдуме. — А без инвестиций в России не будет экономического роста».

Нельзя сказать, что власти игнорируют проблему. Уже решено активизировать работу со свободными капиталами на уровне субъектов и даже муниципалитетов. В январе нижняя палата одобрила в первом чтении законопроект о развитии инвестиционной деятельности в регионах РФ. Документ разрешает создавать на местах «агентства развития» — специализированные организации для привлечения инвестиций. Появляется также институт местных инвестиционных уполномоченных, призванных взаимодействовать с инвесторами лично. 

Для бизнесменов, готовых зайти на территорию, будет действовать принцип «одного окна». Как отмечают депутаты, многие российские территории обладают серьезным инвестиционным потенциалом, но власти там пока не научились находить общий язык с крупным капиталом.